В период Момояма  E-mail
Рейтинг: / 0
ХудшаяЛучшая 
22.07.2011 г.

Нелишним, пожалуй, будет упомянуть здесь о таком событии. В 1585 году в Европу прибыла первая в истории группа молодых японцев, посланная Омура, Арима и Отомо - влиятельными феодалами с острова Кюсю. Она преподнесла в дар римскому папе складную ширму с нарисованной на ней в стиле школы Кано картиной, изображавшей гору Адзути. Это был, конечно, незначительный эпизод, который нельзя считать доказательством какого-либо влияния японского искусства на искусство западное. Но необходимо все-таки иметь в виду, что культурный обмен Японии с Западом в тот период не носил одностороннего характера и не заключался в том, что культура проникала на Японские острова только из-за моря. Ибо описанный факт можно назвать провозвестником процесса проникновения японского искусства на Запад, что проявилось во влиянии, оказанном японской живописью укиё-э на европейскую постимпрессионистскую живопись XIX века.

Укрепление феодальной системы и господство конфуцианской морали как идеологической основы правительства бакуфу. Хотя в период Момояма (как этап в истории культуры) сложилась основная структура феодального общества, многие крупные феодалы и после периода междоусобиц обладали мощью, с которой приходилось считаться. Положение в обществе тогда еще не стабилизировалось, и эпохе в целом была присуща атмосфера динамичности. Но начиная с годов правления Иэмицу- третьего сегуна из дома Токугава, этот дух периода Момояма начал исчезать. Господство центрального правительства бакуфу стало незыблемым, и многим крупным феодалам, в прошлом соратникам сегунов Токугава, теперь не осталось ничего другого, как подчиниться им, стать, по сути дела, их вассалами. Исчезла атмосфера, в которой усиливался голос масс, была установлена строгая система сословного деления. Согласно этой системе, все население делилось на четыре группы: самураев, крестьян, ремесленников и торговцев.
Сословная система была введена как гарантия такой формы эксплуатации, при которой самураи, будучи господствующим классом, путем внеэкономического принуждения собирали с крестьянства, являвшегося непосредственным производителем, огромные налоги натурой. Она установила непреодолимый барьер между господствующим классом самураев, с одной стороны, и сельским населением (крестьянами) и горожанами (торговцами и ремесленниками), представлявшими собой класс эксплуатируемых,-с другой. Но дело не только в этом. Нужно иметь в виду, что отношения низшего и высшего узаконивали существование таких групп «презренного» населения, как эта и хинин, которые стояли на еще более низкой ступени социальной лестницы, чем крестьяне и горожане. Они не только распространялись на отношения между сословиями, все отношения между людьми строились по принципу: уважение высших-презрение к низшим. Не говоря уже о том, что на этом принципе зиждились феодальные отношения слуги и господина, сложившиеся в среде самурайства, он был положен в основу отношений среди простого населения: между главной линией рода и выделившимися семьями, среди торговцев-между хозяином и приказчиками, среди сельского населения-между помещиком и арендатором, среди городского населения-между домовладельцами и постояльцами и т. д. Этот же принцип пронизывал даже отношения внутри семьи-между родителями и детьми, между мужем и женой, между старшими и младшими братьями и т.д.
Утрата высокого общественного положения, которое занимали в прошлом женщины, начавшаяся в период Муромати, с наступлением периода Эдо, когда основным принципом брачных отношений стала патерналистская семья, достигла крайней степени. Общество той эпохи, по своей основной структуре бывшее классическим феодальным обществом, в области семейных отношений находилось, пожалуй, на уровне классического рабовладельческого общества Древней Греции и Рима. В семьях мелких торговцев и крестьян, которые не имели ничего, что можно было бы назвать имуществом, и которым не оставалось ничего другого, как существовать за счет совместного труда мужа и жены, положение женщины было несколько иным. Что же касается семей, обладавших собственностью, находившейся в единоличном владении главы семьи (для самураев это было жалованье, для торговцев - лавка, для крестьян - земля), то авторитет главы семьи был непререкаем и все члены семьи должны были покорно ему подчиняться.
Жена, которая после брака приходила в дом мужа, вела жалкую жизнь, не имея никакого права на имущество семьи мужа. Она была не столько женой, сколько служанкой всех родственников мужа, и ей было не под силу противостоять гнету свекра и свекрови, представлявших авторитет дома мужа. Половая распущенность мужа считалась нормальным явлением, иногда она даже поощрялась. Жене же вменялось в обязанность твердо хранить верность супругу, ее измена считалась тягчайшим преступлением, каравшимся смертной казнью. В результате признания многоженства возник институт наложниц, однако и наложницы, так же как и жены, должны были хранить верность и в отличие от жен древнего периода, равноправных по отношению друг к другу, считались низменными существами, людьми, находящимися в услужении.
Так, все общество до мельчайших его ячеек пронизывал порядок, опиравшийся на принцип: уважение высших-презрение к низшим, при котором лица, занимавшие более низкое положение, должны были беспрекословно подчиняться высшим. Таким путем старались увековечить основные общественные отношения, заключавшиеся в том, что самураи обирали крестьян. Такова была структура феодального общества. Феодальные отношения слуги и господина, существовавшие внутри самурайства, которое являлось тогда господствующим классом, по-прежнему основывались на взаимозависимости, когда господин оказывал милость вассалам, а последние служили ему. Однако большая часть самураев, за исключением крупных феодалов-даймё, стала жить в призамковых городах и превратилась в потребителей, существовавших на жалованье в виде риса. Поэтому вассалы лишились силы, необходимой для того, чтобы бороться с сюзеренами, и в самих отношениях слуги и господина стала преобладать власть господина, занявшего такое положение, которое нельзя даже сравнивать с тем, что было в тот период, когда самураи оставались связанными с землей.
Как об этом будет сказано ниже, в результате накопления богатства в руках городского населения и уменьшения имущества у военного сословия в то время происходило фактическое сглаживание сословных различий между самурайством и простым народом.
Само собой разумеется, что и тогда родственные чувства в семье порождали в ней близость, которая выходила за пределы отношений, основанных на подчинении. Жизнь людей той эпохи не всегда и не во всем регламентировалась принципом почитания высших-презрения к низшим. Тем не менее, поскольку структура феодального общества была организована именно таким образом, в целом деятельность людей неизбежно должна была втискиваться в прокрустово ложе этих законоположений. Идеологией, которая оправдывала подобные социальные отношения, была конфуцианская, прежде всего чжусианская мораль, занимавшая господствующие позиции в идеологической жизни того времени.
В этот период трудящиеся массы встали на путь социального прогресса и в то же время оказались скованными неимоверно жестоким гнетом нового господствующего класса. Среди них по-прежнему была распространена старая вера в синтоистских и буддийских богов. Однако в глазах крупных феодалов периода воюющих государств, поднявшихся до положения господствующего класса, и стоявших над ними крупных военачальников вроде «великой тройки» и синтоизм и буддизм уже, очевидно, не имели авторитета, не было у них никакого желания с почтением относиться к книжной морали подобно конфуцианской. Правда, Токугава Иэясу пригласил к себе на службу ученого Фудзивара Сэйка, привлек на свою сторону его ученика Хаяси Радзана, сделал своими советниками монахов секты Дзэн-Судэна и секты Тэндай-Тэнкая. Однако в данном случае он действовал в соответствии с обычаем, сложившимся начиная с периода Муромати, когда победитель в междоусобной борьбе использовал в своих интересах деятелей культуры, имевших отношение к культуре пяти монастырей. Однако такая линия Иэясу еще не означала, что он разделял идеи конфуцианского учения и учения секты Дзэн.
Но в связи со стабилизацией феодального режима и ростом потребности общества в науке понадобилось учение, которое идеологически поддерживало бы феодальный строй. Тогда сочли, что наиболее подходящим для этого является конфуцианство, в частности чжусианство, на которое и пал выбор. Начиная с годов пребывания у власти пятого сегуна Цунаёси дух милитаристского правления претерпел некоторые изменения, власти стали прибегать к политике просвещенного правления. С этого времени правительство бакуфу начало всячески поощрять конфуцианство. Возведя внука Радзана-Нобуацу в ранг дайгаку-но ками (главного ученого в государстве), оно перевело его школу на остров Юдзима, поручив ученому воспитание молодежи. Но сам по себе этот факт означал лишь то, что род Хаяси Радзана пользовался особым покровительством властей.

 

Добавить комментарий

:D:lol::-);-)8):-|:-*:oops::sad::cry::o:-?:-x:eek::zzz:P:roll::sigh:
Жирный Курсив Подчеркнутый Зачеркнутый Ссылка Цитата


« Пред.   След. »

Кто на сайте?

При публикации материалов с данного сайта ссылка обязательна

Tweet