Top Module Empty
Параллели смутного времени  E-mail
Рейтинг: / 0
ХудшаяЛучшая 
16.09.2011 г.

Он начинал как журналист, которого не печатали. И однажды, совсем обессилев от безденежья, уехал в деревню и написал свою первую повесть. Ныне имя кандидата филологических наук, члена Союза писателей СССР, автора романов «Младший сын», «Великий стол», «Бремя власти», «Симеон Гордый» Дмитрия Балашова известно всем любителям исторической прозы, многие издательства изъявляют желание переиздать его работы. Переиздать, потому что право первого издания всех своих произведений он предоставляет Петрозаводскому издательству, тому самому, где вышла в свет его первая книга.

- Дмитрий Михайлович, в своих произведениях вы обращаетесь к истории, чтобы помочь читателям лучше разобраться, что происходит с нами сейчас?

 

- Прошлое действительно влияет на настоящее, и влияет во всех случаях: когда вы помните то, что было, и когда не помните. Историю нельзя переделать, но ее можно переврать. Это вранье ни к чему хорошему не приводит. Можете, например, сколько угодно говорить, что Иван Грозный был замечательным человеком, который боролся с крупным боярством, укреплял страну - все равно правда от этого не изменится. А она в том, что страна была развалена, что была уничтожена интеллигенция, что проскрипции Грозного были столь же бессмысленны, жестоки и мерзки, как проскрипции Сталина, что они привели к тому же самому результату. Он точно так же истребил руководство армии и потому проиграл Ливонскую войну, как Сталин, уничтожив военачальников, привел к жутким потерям в Великой Отечественной. Поэтому прошлое, во-первых, нужно как следует знать. А здесь у нас очень много общепринятых - я бы сказал не ошибок -устойчивых легенд. В каждой легенде надо разобраться. Вот, к примеру, представление о злых кочевниках, которые разорили Россию, об издыхающей России, спасшей Европу от варваров,- это все разговоры начала XIX века, когда в русской интеллигенции укрепилась мысль (заимствованная опять же у западных идеологов) о том, что Запад - это культура, а все прочее - бескультурье, чем восточнее от Вислы, тем ниже культурный уровень. Это не так. Культуры бывают разными, они все не похожи друг на друга, говорить о том, что какие-то культуры превосходят другие, не приходится. Это можно говорить о цивилизации. Да, действительно, на определенном уровне развития пушки стреляют дальше. Но это цивилизация, а не культура. Дикарь с атомной бомбой - как и с дубиной - остается дикарем. В смысле культуры никакого прогресса нет. Были цивилизации с очень высоким уровнем культуры, но они с окончанием исторической жизни народа тоже исчезали. Я, например, уверен, что среднее культурное состояние, скажем, афинских граждан эпохи Перикла было на несколько порядков выше культурного состояния всех нас сейчас. Ну и потом такие вещи очень легко проверить по результатам человеческой деятельности. Например, если взять Новгород XIV -XV столетий и Новгород современный, то населения примерно столько же, а успехи в архитектуре, живописи, прикладном искусстве, торговле, политике - в чем угодно - настолько несопоставимы, что даже смешно сравнивать. Или взять Афины времен Геродота, Эсхила, Фидия... А сколько было в Аттике всего человек? 300 тысяч всего. 300 тысяч человек - и вот такой культурный заряд.

- Получается, что в принципе вы не видите ничего плохого в завоевании Руси монголо-татарами...

- Это неправильная постановка вопроса. Я против того, чтобы относиться к истории с европоцентристской позиции. Предполагается, что если какой-то завоеватель движется с Запада на Восток, то, сжигая города, насилуя женщин, убивая детей, занимаясь грабежом, он несет культуру. Если же завоеватель движется с Востока на Запад и делает то же самое, то он почему-то несет варварство. Почему Александр Македонский, который сжег великолепный дворец персидских царей, таким образом устанавливал культуру, а соответствующие действия Чингисхана не рассматриваются как культурные завоевания? Что касается России, то она никогда и ни при каких правителях не была колониальной страной...

- То есть она никогда никого не завоевывала?

- Дело не в том, завоевывала или нет. Завоевывали все и всегда. Дело в том, что получалось в результате завоевания. Забытый нами (и, к слову, никогда до конца не изученный) марксизм иногда все-таки стоит вспомнить. Есть три признака колониально го состояния по Марксу: неравноправие в законах, неравная плата за равный труд, подавление национальной культуры. Каково было устройство Римской империи? Римляне в завоеванных государствах ставили своего наместника, прокуратора, который надзирал за местной властью. А местную власть они оставляли. Скажем, в той же Иудее сидели цари. Римский наместник, не вмешиваясь во внутреннюю жизнь страны, следил, чтобы они не восставали и вовремя собирали налоги. А поскольку была общая система законов и торговли, культуры, пронизывающей всю Римскую империю, то завоеванные народы имели определенные блага от вхождения в этот общегосударственный механизм. Благодаря этому Римская империя существовала. Если бы положительных сторон не было, ничего бы не получилось.

- Значит, вы считаете за благо, когда один народ завоевывает другой, но оставляет правителей-марионеток, когда один народ работает на (или за) другой народ и платит налоги?

- Нет, я говорю лишь, что организм, созданный путем завоеваний, может существовать только в том случае, если завоеванные народы от этого выгоды. Бывали случаи, когда выгод завоеванный народ не имел. Классический пример - США относительно индейцев (их практически уничтожили, земли заселили), ЮАР относительно негров (негров не уничтожили, но система сейчас ломается и меняется прямо у нас на глазах). Все системы колониального порядка требуют, во-первых, очень больших сил для своего поддержания, во-вторых, они нестойки. А что происходило на территории России? И что такое территория России? С севера - тайга, в которой никаких великих цивилизаций создать было невозможно. И узенькая, но непрерывная ниточка степей от Маньчжурии до Венгрии, по которой постоянно двигались кочевники и шла торговля. Эта земля в оптимальном варианте должна была быть объединена по законам экологии, по законам природы. Это объединение стало намечаться на рубеже II и III тысячелетий до нашей эры. Тогда в Причерноморье кочевали царские скифы (скифы, имеющие царей). Они и возглавили союз самых разных народов. Причем памятники скифской культуры имеются и в современной Центральной Монголии, и на территории Эстонии. Скифское государство в какой-то мере было прообразом современной нашей страны. На каком основании эти несколько сотен народов входили в союз скифских племен? Население Скифской державы было народом-войском, ордой. Орда - это народ-войско, все мужчины которого являются воинами. Те, кто совершает какие-то подвиги, выдвигаются в десятники, сотники и могут подняться почти до самого верха. В орде - в отличие от жестко-сословного государства - открыта возможность карьеры для любого удачливого воина. Правда, господствующее племя старается продвигать и поддерживать свою племенную верхушку.
Скифы-арийцы иранской группы народов, к которой принадлежим и мы. Скифы наши прямые родственники. Скифов вытесняют сарматы, после чего поднимаются днепровские славяне, потом появляются гунны. Славяне становятся союзниками гуннов, а готты - их врагами. В войске Аттилы было значительнейшее число славян. Затем Гуннский союз разваливается, и днепровские славяне создают самостоятельное государство - Киевский каганат, который также становится многонациональным государством на тех же самых основаниях. А затем появились эти самые «страшные» монголо-татары. Не очень они были страшные. Достаточно преувеличенное описание татарских погромов создано монахом Лаврентием в 1377 году - за три года до Куликова поля - с определенной идеологической задачей. За этим текстом стоит фигура нижегородского архиепископа Дионисия, который чуть не стал митрополитом, верховным духовным лицом Руси. Человек крайних взглядов, он призывал к бескомпромиссной борьбе с Ордой, хотя тогда еще было рано. В России тогда (как и сейчас) были «западники», которые пытались наладить союз с западными государствами против Орды. Ну а Александр Невский решил, что нужно союзить с татарами. Создалось государство, при котором русские платили дань, но собирали дань сами русские князья, чего опять же добился Александр Невский. Постепенно Русь усиливалась, и после Куликова поля перевес в течение XV века ощутимо переходит на ее сторону. И кончается все завоеванием Казани при Грозном. Но вот что интересно. Казалось бы, повержен «вековой враг, иссушавший Россию, гнусные степняки, которые держали под игом», взят после полуторагодовой осады последний татарский город. Что должно было быть? Что бывало в Китае в то же самое время, когда захватывали город? Там вырезали полностью все население. Так вот, сразу после подчинения Казани татары были уравнены в правах с русскими, татарские беки стали русскими дворянами, ханы стали князьями - просто получили соответствующие русские звания с соответствующими русскими правами. В результате третья часть наших дворян имеет татарское происхождение, третья часть - литовское, треть - славянское. Сейчас муссируются всякие идеи об угнетении, но я не могу считать вельможу Юсупова - создателя Эрмитажа - угнетенным и подчиненным рабом, которого угнетали «гнусные русские». Все годы Советской власти в головы учеников вдалбливалось, что Россия была тюрьмой народов. А если мы раскроем законодательство царской России XIX века, то обнаружим уважение ко всем национальным религиям без исключения, уважение практическое. В Петербурге имелись храмы всех вероисповеданий. Была единая система
законов, которая не делала каких-либо национальных изъятий, единая система оплаты за равный труд, уважение к национальной религии - не было никакого угнетения национальных культур.

- Давайте вернемся к вопросу о нашествии монголо-татар и о преувеличенном, как вы сказали, описании татарских погромов. Тот же Маркс, которого вы упоминали, говорил о «кровавом болоте монгольского рабства»...

- Завоеватели не плохи и не хороши. Они завоеватели. К приходу монголо-татар была двухтысячелетняя традиция сживания земледельцев со степняками. Погромы последующие, которые были гораздо значительнее погромов Батыевых, происходили из-за междуусобной борьбы на Руси. Повторять все безграмотные ужасы по поводу избитых младенцев? Этого не было. В отличие от европейцев, которые беспощадно истребляли в таких случаях целиком все народы (во Франции в XIV веке наемные солдаты короля Карла для потехи раздевали догола и привязывали в лесу беременных женщин, а волки-людоеды выедали у них плод), монголы оставляли в живых маленьких мальчиков, потому что у них было представление, что все-таки нужно беречь и землю, и живое. Что всех убивать нельзя, что нельзя вырыть яму, развести костер и кидать в него детей, как делали немецкие рыцари в Литве. Все же познается в сравнении. Мы можем сколько угодно говорить об испанской инквизиции (я не сторонник ее), но если мы учтем, что за четыре века инквизиторы сожгли 14 тысяч человек, а наша ЧК в 30-х годах каждую ночь стреляла 40 тысяч, то счет-то, понимаете, не в пользу... Так и здесь. В военном отношении мы очень многому научились у монголов... А все прочее - европейский треп.

- Некоторые называют наше время смутным. У вас, как писателя-историка, вероятно, свое видение нынешних событий?..

- Давайте посмотрим, что же предшествовало сегодняшней смуте.
Народы были разделены на полноправные и неполноправные, на союзные республики и автономные республики. В царской России все были равны перед законом. А сейчас вот автономный Карабах и в составе Азербайджана - извольте соответствовать. А возьмите сталинские переселения народов, при которых турки-месхетинцы, крымские татары и поволжские немцы не были возвращены на свою родину.
Сейчас на наших глазах происходит истребление целого народа - осетин. Грузины, истребляя осетин, тем самым доказывают, что они не имеют права держать Осетию в составе своей республики. Потому что всякое многонациональное сообщество строится на том, что нации, входящие в его состав, должны иметь хотя бы какие-то возможности существования. Вот турки хотели решить армянскую проблему полным истреблением армян. Грузины, видимо, таким же образом хотят решить проблему Осетии. Можем ли мы с этим согласиться? Я вообще не понимаю, что такое демократы, если они начинают тотальное истребление населения какой-либо территории. Я не понимаю такой демократии. И объясните: что такое демократия и в кого надо стрелять, чтобы такой демократии не было? Государство обязано заботиться о своих гражданах - где бы они ни были. А как мы кидаемся миллионами наших сограждан направо и налево? Это не национальное правительство, не национальная политика, не русская политика, не русская власть. Это черт знает что. Это все тот же коммунизм - космополитическое мировое учение, которое стремится всех людей перемешать, нивелировать, объединить, сделать один-единственный безликий народ. Идея дикая и невозможная, потому что существование разных народов диктуется наличием разных экологических сред и разным типом хозяйствования. Подавление, истребление любой культуры обедняет все человечество.
Я думаю, чем бы была Финляндия, оставшись в составе Советского Союза: порубленные леса, загаженные реки, испившийся народ среди безобразных лесхозов. Слава Богу, она ушла.
Я историк и живу понятиями о той России, которая в 1917 году была завоевана. Быть в составе России - большая честь, которую надо заработать. Никто в ней не должен быть насильно. Кстати говоря, то, что в советское время запрещался выезд за границу - тоже одно из провокационных действий. Таким образом, все люди объявлялись как бы рабами, предполагалось: открой только границу - и все разбегутся. А когда начинается война, вместо «рваной сволочи» появляются «атаманы-молодцы» - «защищайте нас». Политика известная. Та самая советская политика, по которой русскому народу велено сперва защищать Советскую власть, а затем его отправляют в лагеря. Это, конечно, все безобразно. С этим надо кончать, кончать может только сам народ. Я молюсь, чтобы он скорее со всем этим разделался. Я считаю виновником всех бед в нашей стране Коммунистическую партию.

- Вы не были членом КПСС?

- Никогда. Я был комсомольцем и даже занимался комсомольской работой, пока не убедился, что все это чушь. Но я был марксистом. И марксизм я изучал по первоисточникам. У меня была очень хорошая мама, которая научила быть порядочным. Сочетать марксизм с порядочностью довольно трудно, и я выбрал второе. Уже потом я пришел к разумной критике марксизма. Разбираясь в коммунистическом обществе, пришел к выводу, что это общество, в котором должны быть лагеря - нет другого регулятора, чтобы заставить работать человека бесплатно. Мы буквально до запятой воплотили в жизнь коммунистическую утопию, и все, что сейчас есть - следствие того.

- Может быть, в заключение коснемся все-таки и литературы? Что бы вы сказали о нашей исторической прозе в целом, наиболее популярных ее авторах?

- Наша страна историческими писателями бедна. XIX век, давший литературу мирового достоинства, не дал нам ничего подобного в историческом смысле. Ну а вся историческая литература послеоктябрьского периода была под идеологическим прессом. Соответственно, никакой серьезной исторической прозы создать было невозможно. Кроме того, наши писатели не утруждали себя никакими исследованиями, дай Бог, если они учебник истории читали. В настоящее время авторы очень повзрослели, во всяком случае - в плане исторических источников. Но изображение психологии людей прошлого еще достаточно примитивно, изображение прошлого все еще подвержено вульгарно-социологическим схемам. Какие у нас сегодня исторические писатели? Ну, Пикуль самый популярный. Он создал свою концепцию XVIII века. У него два типа романов: XVIII век и первая мировая война. Последние вполне историческими называть нельзя, так как история, у которой сохранились живые свидетели, - это еще не история, а наше время. К изображению XVIII века ученые предъявили очень много претензий, нет достаточной проработки источников. Но надо сказать, иногда лихие, иногда недостаточно глубокие подходы Пикуля заставили специалистов серьезно заняться XVIII веком. Но Пикуль - первый писатель, который заговорил об общенациональном патриотизме, а не о надоевшей классовой борьбе.
Историческая проза не поднялась еще до уровня нашей художественной прозы. О своих произведениях судить я не могу (как, впрочем, не могут судить и критики, и читатели), потому что, стал или не стал писатель классиком, выясняется ровно через 100 лет.
Левой Оганджанян.

 

Добавить комментарий

:D:lol::-);-)8):-|:-*:oops::sad::cry::o:-?:-x:eek::zzz:P:roll::sigh:
Жирный Курсив Подчеркнутый Зачеркнутый Ссылка Цитата


« Пред.

Кто на сайте?

При публикации материалов с данного сайта ссылка обязательна

Tweet